Дворцовые страсти Григория Потемкина

У Григория Александровича Потемкина было все, что только можно пожелать, — власть, богатство, удача...
Таврический дворец обошелся казне в 400 тысяч рублей, архитектор Старов отделал фасады с изысканной простотой, зато внутренние покои были роскошными. Светлейший получил  его за присоединение Крым Таврический дворец обошелся казне в 400 тысяч рублей, архитектор Старов отделал фасады с изысканной простотой, зато внутренние покои были роскошными. Светлейший получил его за присоединение Крым Фото: ИТАР-ТАСС

Два года безумной, бросавшей их то в жар, то в холод любви пролетели, как один день, — но страсть оказалась чересчур сильной, в конце концов она перегорела. И все же они остались вместе, словно старые, понимающие друг друга с полуслова, прожившие неразлучно целый век супруги. Ее здравый смысл дополнялся его фантазией, у нее была власть, а у него — умение добиваться невозможного: страна строилась их руками, и с этим примирились даже его заклятые враги, все считали Потемкина некоронованным монархом. Годы шли, он менял любовниц, и Екатерина любила над ними подшучивать, он же мчался к ней на помощь, когда новые, молодые фавориты причиняли государыне душевную боль.

Скоропостижно скончался искренне любивший стареющую императрицу молодой красавец Ланской: скарлатина унесла его за несколько дней. Екатерина была в отчаянии. Он тут же примчался в Петербург, сидел около нее целыми днями, вместе с ней плакал и говорил, что покойный Ланской смотрит на них с небес. А когда рафинированный Дмитриев-Мамонов изменил Екатерине с придворной дамой и ей, чтобы сохранить хорошую мину при плохой игре, пришлось их обвенчать, он тоже сумел найти верные слова:

— …Матушка родная! Вы назвали меня своим задушевным другом. Это истина во всем смысле слова: будь уверена, что тебе предан нелицемерно. Я никогда не обманывался в нем: это смесь безразличия и эгоизма. Из-за этого последнего он сделался Нарциссом. Не думая ни о ком, кроме себя, он требовал всего, никому не платя взаимностью…

Шли годы, они старели, подрастал ненавидевший Потемкина наследник, Павел Петрович.

Григорий попытался было с ним подружиться, но цесаревич принял это в штыки, и бывший фаворит императрицы начал подумывать о бегстве: если Екатерина умрет первой, новый император съест его заживо. Но что ему подойдет лучше? То ли польский трон, то ли княжество в той же Польше, то ли молдавское господарство, то ли трон Курляндии… Он строил грандиозные планы, но все не мог остановиться на чем-то одном. Тем временем беда, которой он не ждал, подползла с неожиданной стороны. Подколодной змеей оказался молодой красавчик, гвардейский офицер Платон Зубов, необразованный и неумный наглец, — Екатерине он тем не менее пришелся по сердцу. Зубов нашел дорогу к задушевной подруге императрицы Анне Нарышкиной, подарил ей часы в две тысячи рублей, чтобы та напела о нем государыне.

И вот уже Екатерина называет его «чернушкой», играет с ним в карты по маленькой и пишет Потемкину о том, какая у юноши прекрасная душа и как она собирается его образовывать. Все бы ничего, но молодой нахал захотел управлять: начал прибирать к рукам не только царицу, но и державу! И доброжелатели принялись забрасывать Потемкина тревожными письмами.

В это время он воевал в Молдавии, держал в Яссах собственный двор, вел переговоры с султаном — петербургское ничтожество его не обеспокоило. Но вести становились все тревожнее, Потемкину советовали возвращаться. Он вернулся — но не ради Зубова, позвали дела.

Императрица встретила его тепло, однако в ответ на просьбы прогнать Зубова только пожимала плечами и улыбалась: к 60-летней женщине пришла последняя любовь, как можно от нее отказываться? Князь устроил для нее в Таврическом дворце, который она же ему и подарила, великолепный праздник: гремела музыка, танцевали балеты, залы украшали драгоценные гобелены... Императрица улыбалась, но ушла с праздника раньше времени.

Таврический дворец обошелся казне в 400 тысяч рублей, архитектор Старов отделал фасады с изысканной простотой, зато внутренние покои были роскошными. Светлейший получил его за присоединение Крыма, потому дворец и назвали Таврическим. Поначалу он его любил, но в свои последние петербургские дни чувствовал себя здесь как в могиле.

Петербург словно выталкивал Потемкина вон, и он понимал почему: только сейчас, через много лет после того, как ушла страсть, он перестал быть главным мужчиной ее жизни...

Легкая горечь, чуть-чуть сожаления о том, что рядом с ней появился другой, сомнения в том, уживутся ли они рядом… И странное, щемящее ощущение пустоты, понимание того, что жизнь, в сущности, прошла и за переполнявшим ее мишурным блеском и грохотом парадов он упустил что-то важное.

…Светлейший князь лежал на земле в сорока верстах от Ясс — он бежал оттуда из-за жары, ему казалось, что в построенном им Николаеве, в устье Буга, станет легче. Доктор пытался нащупать пульс, адъютант Попов махал над ним треуголкой — может, так ему станет легче… Но надежды больше не было, и они это понимали...

А молодой Григорий Потемкин выходил из покоев государыни: в дворцовые окна било утреннее солнце, часовая стрелка каминных часов подходила к цифре «5», во дворце спали все, кроме караульных. Он шел по пустым коридорам Зимнего, улыбался, корчил рожи зеркалам, насвистывал конногвардейский марш и чувствовал себя совершенно счастливым.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров

Читайте также





Мы в соцсетях
Facebook
Вконтакте
Одноклассники


Кармен Электра (Carmen Electra) Кармен Электра (Carmen Electra) модель, актриса, певица, танцовщица
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй