Дарья Михалкова: «Кто мой отец, я узнала в 16 лет»

«Мама что-то готовила. И вдруг я спрашиваю: «Мам, а кто мой папа?» Даже по ее спине было видно, как она напряглась».

Да и виделись мы редко. Мы скорее с ней подружки, чем мачеха и падчерица.

Помню, как в Италии, где я гостила у отца, мы с Юлиной сестрой Инной повадились ходить в одно кафе. Там было очень весело: молодые красавцы, необременительные знакомства, хохот и вкуснейший капучино. Мы подбивали Юльку на вечерний совместный легкий загул.

Отец к идее отнесся вроде бы снисходительно. Но они отправились бегать, и Юлька вернулась еле живая. Упала на диван и простонала: «Я, пожалуй, дома останусь». Папа хитренько улыбнулся. Оказывается, они пробежали в два раза больше обычного, и сил ни на какие вечеринки у нее не осталось.

Это было лето, когда папа с Юлей пригласили всех детей погостить к ним в Италию.

Я искренне восхищалась Юлей: «Ты герой! Никого не забываешь, всех собираешь». Она вообще молодец, старается со всеми детьми Кончаловского быть в хороших отношениях, обо всех заботится, все время какие-то подарочки привозит. У отца семеро детей! И у Юли всегда для всех есть добрые слова, продуманные подарки.

Первое, что сделал папа, когда я приехала в Америку, это отвел меня к хорошему дантисту. Я всегда росла сорванцом в джинсах, никогда не носила юбки и страшно гордилась своими железными передними зубами. Как-то в детстве пыталась перепрыгнуть пружинную кровать и приземлилась неудачно на металлическую перекладину. И с первого по седьмой класс носила серебряные коронки. Школьники бегали от меня.

Когда мы переезжаем из деревни в Москву, мама живет то у Сашки, которая снимает квартиру, то с нами в Лианозове. Она — в маленькой комнатке, мы с детьми — в большой Когда мы переезжаем из деревни в Москву, мама живет то у Сашки, которая снимает квартиру, то с нами в Лианозове. Она — в маленькой комнатке, мы с детьми — в большой Фото: Из архива Д. Михалковой

В Америке папе дорого обошлась реконструкция всех моих зубов.

Как-то он взял меня на вечеринку, посвященную предстоящему вручению премии «Золотой глобус». Номинировался папин фильм «Одиссея», и он был приглашен отпраздновать номинацию. «Это твое лучшее платье? — вдруг с подозрением спросил папа, глядя на меня. — Хм. Ну ладно, поехали». И мы отправились покупать мне платье. Мы неслись с огромной скоростью по хайвею в папином кабриолете. Кстати, я поняла, что гламурно сидеть на переднем сиденье, на заднем — волосы невообразимо спутываются и холодно.

Мы приехали в бутик. Я и слово-то это только тогда выучила. Папа сидел в кресле, а я ему демонстрировала наряды. Выхожу в очередном платье, а он головой качает: «Нет-нет, а вот это, пожалуй, возьмем!»

Я себя чувствовала настоящей Золушкой, которая по мановению волшебной палочки превращается в принцессу. Вечером у меня глаза разбегались — столько звезд я так близко никогда в жизни не видела! Джон Войт, Микеланджело Антониони, Жаклин Биссет, Джим Керри… Папа со всеми меня знакомил: «Это моя дочь». Боже мой! Мне казалось, я сплю…

Помню, как-то мы приехали на чью-то виллу в Малибу. Роскошный дом, антиквариат, собственный пляж... Папа сказал: «Вот, Дашка, выучишься на юриста — и одна твоя подпись будет стоит пять тысяч долларов!» А потом посмотрел на меня и добавил: «Хотя нет. Ты будешь ходить в туалет через улицу в своей деревне…» Это он о нашем любимом доме в деревне Заноги Псковской области, о котором я ему как-то восторженно рассказывала.

Кстати, этот дом часто снился мне в Америке…

Года четыре я ходила заряженная этой звездной атмосферой, и мне казалось, что я кому-то интересна. Мне хотелось кричать: «Это я! Смотрите — это я!» Очень много соблазнов подстерегало меня — ведь я родственница великих людей, вот вы — нет, а я — ДА!

Пришла в себя я не сразу. Разлука сделала меня другой. Вдруг почувствовала, как дороги мне мама и Сашка, как мне их не хватает. Я писала письма Сашке, звонила маме. Вроде бы мы общались. Мама с сестрой тоже присылали мне трогательные весточки.

Поучилась в Америке год и отказалась — поняла, что очень скучаю по дому, по родным. Когда я сказала маме, что возвращаюсь, она очень расстроилась.

Она уже свыклась с мыслью, что я буду жить в Америке. Надеялась, что хоть одна дочь пристроена и уже не надо волноваться за ее будущее.

«А я думал, что ты тут за американца выйдешь замуж…» — разочарованно протянул папа. Он ведь хотел там остаться жить. Даже в шутку подумывал выдать маму замуж в Америке: «Может, Ире какого-нибудь адвоката подыскать?»

Папа хотел, чтобы я поступила в Москве на юрфак. И даже оплатил репетиторов. Но я взмолилась: «Не мое…» Он ответил: «Ну что ж… Я тоже хотел бы виртуозно играть на баяне, но не умею же».

Словом, не оправдала я отцовских надежд и вернулась обратно к сестре и маме. Нашла себе институт, факультет, о котором мечтала, и папа, ни секунды не раздумывая, оплачивал все четыре года моей учебы.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Анастасия Макеева: Пережить свою боль до конца

Анастасия Макеева: Пережить свою боль до конца





Мы в соцсетях
Facebook
Вконтакте
Одноклассники


Наталия Орейро (Natalia Oreiro) Наталия Орейро (Natalia Oreiro) актриса, дизайнер, модель, певица, посол доброй воли ЮНИСЕФ
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй