Тамара Миансарова. Шаг длиною в жизнь

Предательство и обман отравляют жизнь мне и моему мужу Марку. Страшно, что исходят они от близких людей.
Эдик и Ван Клиберн подружились на Первом международном конкурсе имени П.И. Чайковского, где были признаны лучшими исполнителями Эдик и Ван Клиберн подружились на Первом международном конкурсе имени П.И. Чайковского, где были признаны лучшими исполнителями Фото: Из личного архива Т. Миансаровой

Классов не хватало. Мама сшила мне маленький матрасик, подушечку, дала теплый платок, и начались мои «ночные смены». Часов в одиннадцать вечера я находила свободный класс и до трех-четырех утра занималась, а остаток ночи досыпала здесь же у рояля. Так поступали многие, среди них был и Эдик Миансаров — мальчик на два года младше меня. Его родители приехали в уже освобожденный Минск. Мама работала концертмейстером на радио, а отчим — в оперном театре, он был заслуженным артистом Белоруссии. Эдик, с огромными карими глазами и кукольными завитками черных волос, казался мне очень добрым и мягким.

Он часто шел вслед за мной из школы, прячась за деревьями. Однажды мы столкнулись.

— Ой, — вскрикнула я, — ты откуда?!

— Я — Эдик, здравствуй.

Именно в школьные годы завязалась наша хорошая творческая дружба. Нас с Эдиком стали готовить к участию в симфоническом концерте молодых исполнителей. Я играла Шопена, а Эдик — Рахманинова. Отзывы в прессе были восторженные.

Моя болезнь периодически «воскрешалась»: в комнате, где мы жили, было сыро, труба буржуйки выходила прямо в форточку. По потолку бегали крысы, непонятно как за него цепляясь. Вскоре после концерта я опять заболела. И тогда произошла невероятная вещь.

Наш директор написал письмо первому секретарю ЦК Компартии Белоруссии, где сообщил, что в его школе учится удивительно талантливая девочка, которая тяжело больна туберкулезом. Он убеждал секретаря в том, что я могу добиться высоких результатов, которые внесут вклад в культуру нашей страны. И эта просьба была услышана! Не маме, а мне, четырнадцатилетней девочке, была выделена однокомнатная квартира в центре города, совсем недалеко от театра.

Началась золотая пора. Мамины сестры тоже переехали в Минск, получили жилье в общежитии. Они очень любили меня. Я была у них одной радостью на троих. Мне кажется, именно это обожание согревало меня всю жизнь. В послевоенные годы, во многом отказывая себе, они в складчину купили мне первый инструмент.

В четырнадцать лет я уже играла с симфоническим оркестром. Потом поступила на фортепьянный факультет Московской консерватории, но так получилось, что через некоторое время меня взяли и на вокальное отделение.

Даже не знаю, как мы все успевали: лекции, спектакли, музыкальные вечера и, конечно же, влюбленности. Эдик Миансаров приехал в Москву вслед за мной. Он тоже поступил в консерваторию и жил на втором этаже общежития, а я — на четвертом.

Очень хорошо запомнила день, когда Эдик сделал мне предложение. Наше детское «нежничанье», невинное и смешливое, обрело вдруг значение и серьезность. Вскоре состоялась наша свадьба. Каждый из гостей принес что мог, и мы устроили пир горой. В этот день я стала Тамарой Миансаровой номер два. Первой была мама Эдика.

Клиберн был у нас в гостях. Привез Андрюше плюшевого котенка, а мне подарил французские духи. Я очень долго хранила флакончик… Клиберн был у нас в гостях. Привез Андрюше плюшевого котенка, а мне подарил французские духи. Я очень долго хранила флакончик… Фото: Из личного архива Т. Миансаровой

Комнату нам не дали, и мы продолжали обитать на разных этажах общежития. Увы, жизнь наша не заладилась. Эдик видел себя только в музыке. Бог ему судья, но он сразу же заявил: «Если родишь ребенка, я уйду!» Как бы в ответ, еще не имея на то оснований, подумала: «Если забеременею — обязательно рожу!»

Его слова не выболели у меня до сих пор. Очень сильной оказалась обида. Сегодня, с высоты лет, могу сказать, что ни дети, ни бытовые хлопоты наших творческих планов нарушить не могут. Ты сделаешь в своей жизни ровно столько, сколько тебе дано. Только слабаки и бесталанные сетуют на жизненные обстоятельства.

На четвертом курсе произошла трагедия. Студент, живший в одной комнате с Миансаровым, застрелился. Выяснилось, что Алик с Эдиком уже давно принимали лекарства, которые, как им казалось, вызывали прилив творческой энергии, а на деле просто дурманили сознание.

Мне стали понятны перемены в Эдике и его черные круги под глазами.

Смерть Алика взволновала весь город. В Советском Союзе это было ЧП, выходящее за всякие рамки. Консерваторией занялась известная организация. Начались исключения. Эдик умолял меня сходить к Александру Васильевичу Свешникову, ректору консерватории.

— Прошу тебя, поговори с ним, Свешников уважительно к тебе относится, ты умеешь найти правильные слова.

— Но что я могу сказать? Ведь ректор абсолютно прав!

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Степан Разин. Загадка Ваенги

Степан Разин. Загадка Ваенги





Мы в соцсетях
Facebook
Вконтакте
Одноклассники


Джонни Депп (Johnny Depp) Джонни Депп (Johnny Depp) актер, режиссер, музыкант, сценарист и продюсер
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй