Георгий Юнгвальд-Хилькевич. Мушкетеры и Высоцкий

«На моем пути встреч было немало. Но хочется рассказать о не самом любимом ребенке и самом любимом друге» .
Валя Смирнитский, Игорь Старыгин, я, Миша Боярский и Веня Смехов Валя Смирнитский, Игорь Старыгин, я, Миша Боярский и Веня Смехов Фото: Из архива Г. Юнгвальд-Хилькевича

Я, конечно, впал в абсолютную эйфорию. Срочно связался с Ряшенцевым и Розовским, пригласил в Одессу. Мы встретились, переговоры прошли в дружеской, согретой изрядным количеством алкоголя обстановке. И я, опьяненный и радостный, не придал значения тому, что Юра Ряшенцев сидел весь такой таинственно-подозрительный. Они уехали. А их сценарий был создан в непереносимом для меня стиле: там кардинал Ришелье разговаривал по телефону, д’Артаньян ездил на велосипеде, а Миледи лежала на палубе парохода в спальном мешке, и в этом мешке у нее происходил секс с д’Артаньяном, и прочее тому подобное. Я придумал, как это все переделать, вернуть дух Дюма, поделился идеями с Кацевым, тот одобрил: «Классно, связывайся с авторами».

Даю им телеграмму: «Приезжайте работать над сценарием».

А Розовский с Ряшенцевым отвечают, что никуда не поедут, так как считают свою работу над сценарием законченной, вполне совершенной, и переписывать они ничего не будут. На меня словно ушат холодной воды вылили, а главное — абсолютно неожиданно: вроде мы так сдружились, скрепили все водкой. Подстава полная. Еду в Москву, опять к Кацеву за поддержкой. Тот:

— Да пошли они, пиши сам!

— Как, авторы же — они?

— Тебе важно получить гонорар, быть в титрах?

— Да мне ничего не надо, лишь бы фильм вышел.

— Вот и пиши, мы примем твой новый сценарий, а они получат деньги и заткнутся, — говорит он мне прямым текстом.

Что оставалось делать?

Для того чтобы начать писать, стал в пятьдесят первый раз перечитывать, казалось бы, изученное вдоль и поперек произведение и... был просто сражен тем, что мои любимые герои мушкетеры все как один — подонки, самые настоящие подонки, люди без совести совершенно! Вам не приходило это в голову? Судите сами.

Портос — натуральный альфонс, живущий за счет женщины и не стесняющийся ни этого, ни того, что ждет смерти ее супруга господина Кокнара, чтобы завладеть его баронством и поместьем. И он дождался и получил все — и титулы, и состояние.

Теперь Атос — беспросветный алкаш и циничный детоубийца.

Это Ряшенцев думал, что он утопил Миледи, и поэтому написал песню: «Есть в графском парке пруд, там лилии цветут». У Дюма же было так: он увидел у нее лилию на плече и — молча! — сняв уздечку, тут же повесил Миледи на ближайшем суку и был таков! Граф, твою мать... Благородно, ничего не скажешь. Ну какой такой страшной преступницей можно стать в шестнадцать лет? Даже не спросил ее, как и за что эта лилия! Самое дорогое, что было у д’Артаньяна, это кольцо, подаренное королевой. Я потом в фильме это обыграл. Рванув за подвесками, д’Артаньян доверил сокровище своему надежному другу — Атосу. И не успел даже исчезнуть за горизонтом, как «надежный друг» со словами «Ну ничего, он меня простит» продал кольцо и бухал на это неделю, допившись практически до смерти. Вернувшегося д’Артаньяна он встретил заросшим, помятым и совершенно невменяемым настолько, что тот не узнал друга.

Хронический алкоголик! И когда он поет свою «трагическую исповедь» — та-ра-та-ра, он тоже пьян, потому и разоткровенничался.

Арамис — пьянь и страшный ханжа, который назывался священнослужителем, когда это ему было удобно. А на самом деле просто циничный прелюбодей и наемный убийца, как, впрочем, и все мушкетеры. Кто они как не наемники? Король им не платил ни хрена, вот и возникали дуэли. «О! Мне нравятся его сапоги!» — придрался к пустяку, вызвал, убил, сапоги с трупа снял, на себя надел и дальше пошел — хвастаться друзьям своим приобретением. Это страшные люди! Им ничего не стоило убить любого, что они и доказали, приговорив женщину. Наняли палача и без суда и следствия отрубили Миледи башку.

Ну, куда дальше-то?!

А что она сделала более подлого, чем сам д’Артаньян? Хотела убить его и, не сумев, отравила Констанцию, по-женски отомстив за свое унижение, когда он трахнул ее под чужой маской и именем. Разве не естественно, что женщина его за это возненавидела?

Вот вам кумир миллионов д’Артаньян — отпетый негодяй и беспринципный карьерист, которому все равно кому служить, за кого убивать. Королю он служил не по убеждению. Помните сцену, где д’Артаньян встречается с кардиналом и тот говорит: мол, вы приехали в Париж продать подороже свой меткий глаз, сильную руку? Хочет его перекупить. А д’Артаньян отвечает, что безусловно, если бы он встретил кардинала раньше, то ему бы и продался. Дескать, все равно было, кому служить, но он встретил сначала королевских мушкетеров.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Юлия Началова. Мой ангел-хранитель

Юлия Началова. Мой ангел-хранитель





Мы в соцсетях
Facebook
Вконтакте
Одноклассники


Кейт Миддлтон (Kate Middleton) Кейт Миддлтон (Kate Middleton) член британской королевской семьи
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй