Галина Польских. Родная кровь

«Саша сумел завоевать расположение дочек, которые ревновали меня ко всем поклонникам. Сядут на кухне и начинают перемывать косточки».
 С Ирадой и ее любимцем Абрикосом С Ирадой и ее любимцем Абрикосом Фото: Павел Щелканцев

Одна льнула справа, другая слева. И препирались: «Это моя мама!» — «Нет, моя!» Я целовала их теплые затылки и думала: «Ну и бог с ними, с моими неудавшимися романами. Вот оно, главное счастье! Устроить свою личную жизнь и нарушить наш союз? Да ни за что!»

Они до сих пор ревнуют меня: «Кто тебе звонил?! Ты так кокетничала, даже голос изменился».

Боже мой! Кто мне может звонить в семьдесят лет?

Они и друг к другу умудряются ревновать.

«Ты Машу больше любишь!» — заявляет Ирада.

«Конечно, ты со мной в магазин не поедешь, только с Ирадой...» — в свою очередь дуется Маша.

Они никуда без меня, даже кофточки не могут купить. Другие в моем возрасте еле до булочной доползают, а я с ними по всем торговым центрам мотаюсь, наряды выбираю.

Ювелир Саша единственный, не без помощи подарков, добился их снисхождения. Мы жили как у Христа за пазухой. Но с Сашей тоже не сложилось. Ведь он был женат. И я, благодарная ему за все, что он для меня делает, все равно повторяла: «Мы должны прекратить эти отношения. У тебя дети».

Однажды я пришла к нему, когда жена была на работе, и увидела на стуле полотенце со следами туши для ресниц. Такие остаются, когда женщина вытирает слезы...

А у него я не раз замечала царапины на руках. Значит, дома скандалы: до драки, до истерик. Я повесила полотенце и сказала: «Больше нам видеться не нужно».

Он очень переживал, звонил и просил вернуться. Но я не пошла на попятную. Хотя вряд ли облегчила жизнь Фредди, его жены. И до, и после меня Саша крутил романы с актрисами. Что делать? Человек любил кино...

У меня были и другие отношения, я не раз могла выйти замуж, но не стала этого делать. Я не хотела, чтобы в доме присутствовал какой-то «чужой дядя». Так и осталась одна.

Единственным человеком, с которым могла бы связать свою судьбу, был киевский режиссер Борис Ивченко, сын известного режиссера Виктора Ивченко, снявшего фильм «Гадюка».

Только ему разрешалось ночевать в нашем доме. За те долгие годы, что мы были знакомы, он превратился в друга семьи. И в Борю я не была влюблена, но дорожила его преданным чувством. Мы познакомились еще в то время, когда был жив Фаик. Я снималась у Петра Тодоровского в «Верности», а он проходил на этой картине практику. Мне кажется — Боря был всегда. Закрывал глаза на мои увлечения, замужества и преданно любил меня и моих детей, особенно Ираду. Появлялся иногда как снег на голову, звонил в дверь.

— Кто там? — спрашивала я.

— Бабрак Кармаль, — отвечал он.

Приходила подруга Зина, девочки, мы садились все вместе за стол.

Он очень переживал, когда я забеременела и ушла от Саши Сурина, но замуж почему-то никогда не звал.

Наверное понимал, что ситуация безвыходная. Нас разделяли километры. Он ни за что не согласился бы перебраться в Москву, а я не могла переехать в Киев. Так и жили — виделись время от времени. От этой безысходности, да еще и с работой у него не все ладилось, Боря начал пить. Приехав в Киев на съемки картины «Рассмешите клоуна», я встретилась с ним и увидела, что Боря сильно опустился. Пристрастие к алкоголю привело к плачевным последствиям. Он рано умер. Бывая в Киеве, я каждый раз прихожу к нему на могилку. Потому что Боря как-то тихо-тихо сроднился с моей семьей. Мы со старшей дочкой, которая хорошо его помнит, часто о нем говорим.

Кстати, Ирада тоже работает в кино, вторым режиссером на «Мосфильме».

Летом Маша постоянно привозит Филиппа из Ливана ко мне на дачу Летом Маша постоянно привозит Филиппа из Ливана ко мне на дачу Фото: Павел Щелканцев

Она часто приезжает ко мне просто поболтать, обсудить за сигаретой общих киношных знакомых, помянуть маму Лиду, которая, доведя младшую внучку до выпускного в школе, уехала на родину, и с тех пор уже мы приезжали навещать ее, пока не пришлось проводить нашу любимую бабушку в последний путь.

Каждый телефонный разговор с Ирадой заканчивается одинаково: «Мама, я тебя люблю!» Маша куда более сдержанна в своих чувствах. Моя младшая вышла замуж за ливанца, с которым вместе училась в институте, родила сына Филиппа. Благодаря ему я поняла: мальчики — это совершенно другой мир. Я теперь разбираюсь в цилиндрах мотоциклов и разъезжаю по дачному поселку на ревущем монстре. Конечно же, не за рулем, а за спиной у внука. Кроме того, я единственный человек, которому Филипп доверяет свои сердечные тайны.

Однажды он сделал мне больше чем комплимент: «Бабушка для меня главная после Бога».

До шести лет Филипп жил в Москве. Потом его отец сказал: «Хочу, чтобы ребенок знал мой язык и мою семью» — и уговорил Машу уехать.

В мае Маша с Филиппом приезжали ко мне на дачу, а в сентябре возвращались в Ливан. Семья у моего зятя замечательная, сестры — учителя, преподают физику и химию. Все говорят по-английски и по-французски.

Когда внук перешел в шестой класс, Маше предложили хорошую работу в Москве и она переехала в Россию. Отец Филиппа не возражал — сын стал взрослым и уже не нуждался в постоянном присутствии матери. Маша ездит в Ливан на Новый год, день рождения Филиппа, а иногда и просто так.

Нашли опечатку? Сообщите нам: выделите ошибку и нажмите CTRL + Enter

Новости партнеров
Написать комментарий

Читайте также

Айгуль Мильштейн. Мой Домогаров

Айгуль Мильштейн. Мой Домогаров





Мы в соцсетях
Facebook
Вконтакте
Одноклассники


Константин Хабенский Константин Хабенский актер театра и кино
Все о звездах

Биографии знаменитостей, звёздные новости , интервью, фото и видео, рейтинги звёзд, а также лента событий из микроблогов селебрити на 7days.ru. Воспользуйтесь нашим поиском по звёздным персонам.

Хотите узнаватьо звездах первыми?
Читай бесплатно
Журнал Караван историй
Журнал Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй
Журнал Коллекция Караван историй