откроется. Надо просто сосредоточиться, проявить немного настойчивости. Но на это не бывает времени, это откладываешь на потом, а «потом» не наступает. Сестра мужа сказала, что сон может быть обратный, что, наоборот, может быть, все будет хорошо. Я встретилась с подругой. В момент, когда я рассказывала сон подруге, зазвонил телефон. Я поднесла трубку к уху, это была мама. Первые звуки ее голоса, я все понимаю, и мое сердце делает длинный удар, дыхание мое останавливалось. Я уже знала, что она скажет: «Отец умер». Я ошиблась или, скорее так, мысль опередила время, потому слова матери были другими. Мать сказала: «Отец в коме».
Я собралась, выехала, дочь не стала брать, и этим реальность дня отличалась от той, что была ночью. Когда я приехала, отец был в реанимации. Я не хотела идти к нему в палату, не знаю почему и не объясню. Будто там была пружина, ее надо было сжать, чтобы пройти, сжать грудью. Я не пошла. Была двойственность: надежда, что он выйдет из комы, и знание, что он умрет. Что наступило время. И остановить это нельзя. Как, например, еще можно было остановить три года назад, когда казалось, что он умирает. И он умер. Остановилось сердце.
Получается, что реальность непрозрачна или что на глазах повязка, и эта повязка снимается во сне. Чтобы увидеть, надо закрыть глаза. И уснуть».
Линия жизни по индийской традиции имеет название «линия отца». Линия матери — линия головы. Отец дает жизнь, а ум зависит от матери. Если линия жизни имеет повреждения, то это трактуется как более ранний уход отца из жизни, чем матери, если линия матери не имеет нарушений. В нашем случае линия отца демонстрирует вилкообразный компенсированный разрыв (рис. 4, красный, компенсирован линией судьбы — голубой).